Для тех, у кого в ситуации есть нюансы. Семь коротких уроков, бесплатно.
Курс текстовый, но не в формате «прочитайте вот эти пятнадцать страниц»: материал усваивается, когда вы примеряете его на себя. Каждый урок начинается с абзаца «в двух словах» — если хватит его, дальше можно не читать. Полностью, вдумчиво — 10–15 минут. После курса вы сами решите, нужен ли вам разговор с экспертом. Мы всегда готовы проконсультировать вживую, это бесплатно.
Прогресс сохраняется автоматически: можно закрыть страницу и вернуться завтра — курс откроется там, где вы остановились.
Вы оставили заявку. Обычно после этого звонит менеджер и начинает продавать.
Мы посмотрели вашу ситуацию. Она рабочая — но в ней есть детали, из-за которых банкротство может пойти не так, как вы ожидаете: не всё спишется, что-то заберут, процедура затянется.
Мы могли бы рассказать вам об этом на консультации. Но получается плохо: человек приходит с одной картиной в голове, а за час узнаёт про конкурсную массу, оспаривание сделок и долю супруга. Это как кувалдой по голове. В таком состоянии не решают — в таком состоянии соглашаются на что попало или уходят думать навсегда.
Поэтому сначала — курс. Вы разбираетесь в плюсах, минусах и последствиях спокойно, дома, без человека напротив. А на консультацию приходите уже с вопросами, а не с чистого листа.
Дальше — по делу.
Их постоянно путают, и путаница дорого обходится: люди месяцами ждут МФЦ там, где он изначально не работает, и наоборот — тянут с судом, считая, что «не дотягивают до миллиона».
Про МФЦ главное недоразумение — что дело в сумме. Дело в ситуации. Внесудебный путь рассчитан на случай, когда всё уже закончилось: долги просужены, приставы окончили производство, потому что взять с человека нечего. Защищать нечего и спорить не о чем — нужен, по сути, документ о том, что требовать больше нечего. Пороги от 25 тысяч до миллиона действуют с 3 ноября 2023 года и в 2025–2026 годах не менялись.
Поэтому одной суммы мало — нужно попасть под одно из оснований:
Пока идёт процедура, нельзя брать кредиты и займы и выдавать поручительства. Повторно пройти внесудебное банкротство можно не раньше чем через пять лет.
Судебный путь — не про размер долга. Подать заявление можно и с 300–400 тысячами, если очевидно, что вы не расплатитесь: нижнего порога для самого гражданина закон не устанавливает. Миллион — это верхняя граница МФЦ, а не нижняя граница суда.
И сразу снимем то, чего обычно опасаются в слове «суд». Ходить туда вам не придётся. Дело рассматривается по документам, интересы представляет юрист по доверенности, заседания проходят без вашего участия. Подавляющее большинство людей за всю процедуру не бывает в здании суда ни разу.
Любая сумма кажется большой, пока её не с чем сравнить. Поэтому сразу поставим рядом вторую цифру: сколько вы отдадите банкам и микрозаймам, если продолжите платить по своим кредитам.
При платежах 30 000 рублей в месяц это выглядит так:
И это при условии, что ничего не сломается: вы не потеряете работу, не заболеете, не придётся перезанимать, чтобы закрыть очередной платёж. На таком фоне расходы на процедуру для большинства оказываются заметно меньше — во многом поэтому банкротство в России и стало массовым.
При этом часто вопрос вообще не в деньгах. К нам приходят не потому, что «посчитали и вышло дешевле», а потому что устали: от звонков, от списаний с карты, от одного и того же разговора дома каждый вечер. И потому что имуществом лучше заниматься заранее и по закону — а не тогда, когда очерёдность действий уже определяют кредиторы и приставы.
Фраза «банкротство под ключ за N тысяч» сама по себе не говорит ни о чём. Начнём с обязательной части: она одинакова у любой компании, потому что платится не компании, а суду, реестру, газете и почте.
Это те цифры, с которыми стоит сверять любую названную вам цену. Если вам говорят «всё включено» и сумма ниже сорока тысяч — обязательные расходы вы почти наверняка будете оплачивать отдельно. Это не обман, если так написано в договоре. Это обман, если вам сказали, что больше платить не придётся.
В рекламе постоянно встречаются цены вида «от 3 000 в месяц» или «5 000 в месяц». Проверить их можно арифметикой, и делается это за минуту.
То есть весь заявленный платёж целиком уходит на депозит суда, публикации и почту. На подготовку документов, ведение дела и общение с управляющим в этой цифре не остаётся ничего. Значит, обязательные расходы в такую цену не входят: вы будете платить и объявленные 5 000, и обязательные расходы сверху.
Дальше сценарий обычно один и тот же. Низкая цена нужна не для того, чтобы вам было дешевле, а для того, чтобы вы подписали договор. За неё вам готовят документы — и на этом дешёвый пакет заканчивается. Когда дело уже начато и часть денег внесена, выясняется, что ведение процедуры оплачивается отдельно, ещё по стольку же в месяц. Отказаться в этот момент сложно: деньги вложены, время потеряно, заявление подано.
Процедуру реализации имущества суд вводит на срок не более шести месяцев. Дальше её продлевают, и закон не ограничивает число продлений.
Официальной статистики о средней длительности банкротства гражданина не существует. Ни Судебный департамент, ни Федресурс такой показатель не публикуют. Поэтому любая компания, которая называет точный срок «шесть месяцев» или «восемь месяцев», говорит о своей практике, а не о законе. Спросите, откуда цифра.
На длительность влияют: есть ли имущество для продажи, спорят ли кредиторы, есть ли сделки за последние три года, приходится ли что-то оспаривать в суде.
Список несписываемого закрытый: он в пунктах 5 и 6 статьи 213.28 закона о банкротстве и в 2025–2026 годах не менялся.
Отдельно про долги, которые вы забыли указать. Они тоже списываются — кроме тех, о которых кредитор не знал и не мог знать. То есть банк, который сам вас кредитовал, никуда не денется, даже если вы его не вписали. А вот частный займ по расписке, о котором никто не знал, лучше указать.
Статья 446 Гражданского процессуального кодекса запрещает забирать жильё, если оно у вас единственное. Площадь, стоимость и город значения не имеют — в законе таких критериев нет.
Что ещё защищено этой статьёй:
Отдельно стоит ипотечное жильё: квартира в залоге у банка иммунитетом не защищена. Про неё — ниже, там за два года изменилось больше всего.
Вы наверняка слышали, что у банкротов забирают большие квартиры и переселяют в меньшие.
Как есть на самом деле. Закона, который устанавливал бы норму площади или стоимости, нет. Есть постановление Конституционного суда от 26 апреля 2021 года № 15-П и обзор Верховного суда от 18 июня 2025 года: в исключительных случаях суд может допустить замену жилья, если оно явно избыточно и очевидно, что покупалось для защиты от кредиторов. Это редкие дела с яркими обстоятельствами — например, когда человек покупает особняк, уже имея просуженные долги.
Минюст в апреле 2026 года внёс законопроект на эту тему. Он не принят.
Это тот раздел, где советы из интернета устарели сильнее всего. Раньше ипотека действительно означала почти автоматическую потерю квартиры. С 8 сентября 2024 года работает статья 213.10-1, и логика изменилась.
Вы можете заключить отдельное мировое соглашение с ипотечным кредитором на любой стадии банкротства. Ключевые детали:
С 3 апреля 2026 года работает статья 213.27-1 — она определяет, как делятся деньги от продажи единственного жилья, находящегося в ипотеке:
Проценты считаются не от полной цены продажи, а от части выручки — после вычета расходов на саму продажу. Точную сумму посчитает финансовый управляющий, и она будет заметно меньше, чем 10% от цены квартиры. Суд может уменьшить вашу долю, если на эти деньги вы могли бы купить явно избыточное жильё или если вы вели себя недобросовестно.
Норма новая, практики по ней мало. Не стройте на ней финансовый план — стройте на статье 213.10-1, то есть на сохранении квартиры.
Общее правило простое: всё, что сверх единственного жилья, входит в конкурсную массу — оценивается, выставляется на торги, продаётся. Но это именно общее правило, и у него есть две группы исключений.
Вторая группа — это и есть работа по защите имущества. Она строится на деталях конкретных документов, поэтому её невозможно провести по телефону за пять минут и невозможно описать одной строкой на сайте. Ответ «заберут» или «не заберут» без документов не даёт ни один добросовестный юрист.
Если объект всё же идёт на торги, рассчитывать на рыночную цену не стоит: торги идут по своей процедуре, с последовательным понижением.
Пункт 7 статьи 213.26. Если имущество в общей собственности с супругом, его продают целиком, а супругу выплачивают деньгами его долю от выручки. То есть машина, купленная в браке, продаётся, даже если записана на жену, — а жена получает половину денег.
Здесь тоже есть варианты: брачный договор, соглашение о разделе, раздельная процедура, а иногда — совместное банкротство супругов. Что именно подходит, зависит от дат, документов и состава долгов. Личное имущество родителей, детей, братьев и сестёр банкротство не затрагивает вовсе — если только оно не было вам подарено или продано за последние три года.
Пункт 1 статьи 213.25: в массу входит имущество, которое у вас есть на дату решения суда, а также выявленное или приобретённое после. Значит, наследство, крупный подарок или выигрыш, полученные во время процедуры, тоже пойдут кредиторам.
Если вы ожидаете наследство — это стоит обсудить до подачи заявления. Отказ от наследства в преддверии банкротства сам по себе может быть оспорен, так что «просто откажусь» решением не является.
Финансовый управляющий запрашивает сведения о ваших сделках за три года — это стандартная процедура, она проводится по каждому делу. Оспорить можно далеко не любую сделку: для каждого типа свои условия и свой срок, и условия эти довольно узкие.
Слово «совокупность» здесь ключевое. Сам факт, что вы продали дачу два года назад, ничего не значит. Презумпция вредительской цели работает не от одного признака, а от связки: вы были неплатёжеспособны или у вас не хватало имущества на долги — и при этом сделка была безвозмездной либо совершена с заинтересованным лицом (родственник, супруг).
Про дарение. Договор дарения нельзя оспорить по пункту 1 статьи 61.2 — там нет встречного предоставления, значит, нечего сравнивать. Так разъяснил Пленум Высшего арбитражного суда ещё в постановлении № 63 от 23 декабря 2010 года. Дарение оспаривают только по пункту 2, где надо доказывать всю совокупность.
Цифры Федресурса за 2025 год: подано 6 867 заявлений об оспаривании сделок граждан, удовлетворено 2 515 — это 40,3% от поданных. Но само число заявлений надо сравнивать с 567 997 банкротств. Получается, что заявления об оспаривании подаются примерно в 1,2% дел.
Почему так мало: оспаривание — это отдельный судебный процесс, который кто-то должен инициировать и оплатить. Кредиторы делают это, когда есть за что бороться. Если вы три года назад продали «Гранту» за адекватные деньги, никто не пойдёт в суд ради этого.
Это не значит, что тему можно не смотреть. Это значит, что риск оценивается по конкретной сделке и её документам, а не по общему ощущению тревоги. В большинстве случаев после разбора выясняется, что оспаривать в вашей истории просто нечего.
Самый частый вопрос в этой теме: «я взял кредит полгода назад, мне откажут в списании?». Короткий ответ — сам по себе свежий кредит основанием для отказа не является. Длинный ответ ниже.
Основания для отказа перечислены в пункте 4 статьи 213.28, их три:
Базовая позиция Верховного суда сформулирована в определении от 3 июня 2019 года № 305-ЭС18-26429: принятие на себя непосильных долговых обязательств из-за необъективной оценки собственных финансовых возможностей само по себе не лишает человека права на освобождение от долгов. Переоценил свои силы — это неразумность, а не недобросовестность. За неразумность не наказывают.
Обзор Верховного суда от 18 июня 2025 года подтверждает и уточняет:
Здесь надо быть точными: практика ужесточается, но не по всем подряд.
В марте 2026 года Верховный суд вынес определение № 308-ЭС25-8904 по делу № А18-3334/2023. Человек в один день взял два кредита в разных банках, указав в анкете доход 240 тысяч рублей при реальных 27,1 тысячи. В освобождении от долгов ему отказали.
В тематическом обзоре Верховного суда от 29 апреля 2026 года зафиксирована позиция: при одновременном получении кредитов в нескольких банках заёмщик обязан сообщать каждому банку о других займах.
Статистика отказов в освобождении: 1,0% в 2023 году, 1,1% в 2024, 1,2% в 2025, 2,4% в первом полугодии 2026 — рост почти втрое.
Читайте эти цифры правильно. Рост втрое — это реальное ужесточение, и оно бьёт по тем, кто завышал доход в анкетах. Одновременно 97,6% людей от долгов освобождают. Разница между этими группами не в сумме долга и не в дате последнего кредита, а в том, что было указано в анкете банка.
Если свежие крупные кредиты или сделки в чувствительном периоде всё-таки есть, у вас три рабочих варианта. Отказаться от процедуры и продолжать платить — не вариант из этого списка, это возврат к тому, с чего вы начали.
Слово звучит тревожно, но означает оно простую вещь: план, по которому вы гасите долги из своего дохода вместо продажи имущества. Формально это первая процедура в судебном банкротстве — суд обязан её рассмотреть, если доход есть.
Реструктуризация — это не отказ в списании и не наказание за официальную зарплату. Это развилка, и в подавляющем большинстве дел она проходится формально или не проходится вовсе. Ниже — цифры и способ её миновать.
Срок плана — до пяти лет. Это важно: раньше было три года, и в интернете до сих пор полно текстов про «максимум три года». Пять лет действуют с 3 ноября 2023 года. Трёхлетний срок остался только для одного случая — когда план утверждает суд без одобрения собрания кредиторов, при условии что по нему погашается не меньше половины требований.
Чтобы вам вообще могли утвердить план, нужно (статья 213.13): иметь источник дохода, не иметь непогашенной судимости за экономическое преступление, не банкротиться в последние пять лет и не иметь утверждённого плана в последние восемь лет.
Цифры за 2025 год: процедуру реструктуризации вводили 37 897 раз, а планов реструктуризации утверждено 3 129. В первом полугодии 2026 года планов утверждено 2 790 — это рост в 2,4 раза, но доля всё равно около 1%.
Почему так. План должны одобрить кредиторы, и одобряют они его, только если получают больше, чем при продаже имущества. Если ваш доход после вычета прожиточного минимума на вас и детей — условные десять тысяч рублей в месяц, за пять лет это 600 тысяч, и при долге в три миллиона кредиторам план неинтересен.
Поэтому в большинстве дел реструктуризацию вводят формально, план не утверждают и переходят к реализации имущества. Практический смысл для вас — это плюс 25 000 рублей вознаграждения управляющего и несколько лишних месяцев.
Этого можно избежать. Пункт 8 статьи 213.6: если вы не отвечаете требованиям статьи 213.13, суд по вашему ходатайству вправе сразу ввести реализацию имущества, минуя реструктуризацию. Ходатайство подаётся вместе с заявлением.
Самое частое опасение: «у меня заберут всю зарплату, на что я буду жить». Отвечаем по порядку, потому что здесь много деталей и почти все они в вашу пользу.
Прожиточный минимум — это нижняя граница, а не потолок. Прожиточный минимум на вас исключается из конкурсной массы, и — это важно — финансовый управляющий делает это сам, без вашего ходатайства и без отдельного определения суда. Так разъяснил Пленум Верховного суда в постановлении № 48 от 25 декабря 2018 года.
Размеры на 2026 год (федеральные, установлены законом о бюджете от 28 ноября 2025 года):
В банкротстве применяется величина, установленная в вашем регионе, — она может быть и выше, и ниже федеральной. МРОТ на 2026 год для справки — 27 093 рубля.
Считается это на всю семью. Прожиточный минимум выделяется не только на вас, но и на каждого ребёнка. У человека с двумя детьми только базовая, не требующая никаких заявлений сумма — это уже больше 57 тысяч рублей в месяц по федеральным величинам.
Дальше начинается то, о чём в интернете почти не пишут, а на практике это делается постоянно. Сумма, которую вам оставляют, не обязана равняться прожиточному минимуму: по обоснованному ходатайству из конкурсной массы исключают и другие расходы. Закрытого списка таких расходов в законе нет — есть критерий необходимости, и именно вокруг него строится работа юриста.
Банкротство и приставы — разные механизмы. «Заявление о сохранении прожиточного минимума», которое подаётся приставу, и «неснижаемый остаток» на карте — это механизмы исполнительного производства. В банкротстве они не работают: там своя процедура и своё лицо, которое принимает решение, — финансовый управляющий. Советы из интернета на эту тему часто смешивают два разных мира.
После того как суд признаёт вас банкротом, вы обязаны передать финансовому управляющему все банковские карты — не позднее следующего рабочего дня. Это пункт 9 статьи 213.25.
Дальше зарплата приходит на счёт, которым распоряжается управляющий, а он передаёт вам вашу часть. На практике многие управляющие оставляют должнику одну карту для получения этих денег — это не норма закона, а рабочая договорённость, и договариваться о ней нужно в начале процедуры, а не в первый месяц без денег.
Здесь важно знать заранее, чтобы правильно посчитать бюджет на период процедуры.
Всё. Других ограничений статья 213.30 не устанавливает.
Суд вправе его установить — не обязан. Это пункт 3 статьи 213.24. Ограничение действует только до завершения процедуры и снимается досрочно, если у вас есть уважительная причина: лечение, похороны, работа.
Запись о банкротстве хранится в кредитной истории семь лет с момента последнего изменения записи. Это часть 1 статьи 7 закона о кредитных историях, срок действует с 1 января 2022 года.
При этом законодательного запрета банкам выдавать кредиты банкроту не существует. Банк решает сам. Первые год-два после процедуры получить кредит сложно, дальше — по обстоятельствам: банкротство в истории есть, но текущих просрочек нет, и это иногда лучше, чем непогашенные долги.
Нажмите на утверждение, чтобы увидеть, как есть на самом деле.
С июля 2026 года в новостях обсуждают крупную реформу закона о банкротстве. Чтобы не было путаницы: соответствующий закон принят 26 июля 2026 года, вступает в силу примерно через год после опубликования и в основном касается юридических лиц. На процедуры граждан, которые идут сейчас, он не влияет.
Скажем прямо: по нашим наблюдениям, примерно каждый второй человек, который приходит к нам, уже имел неудачный опыт с юристами. Поэтому вопросы ниже — не про «выбери нас», а про то, как читать договор.
Вы прочитали то же, что знает любой практикующий юрист по банкротству, — без упрощений и без страшилок. Дальше решение ваше.
Сориентируйтесь по трём вариантам.